Флорентийский кодекс: ацтекская медицина глазами Саагуна и его информаторов
Флорентийский кодекс — двенадцатикнижный свод о жизни науа, который францисканец Бернардино де Саагун составлял вместе с грамотными науа из Тлателолько с 1540-х по 1577 год. Медицинские главы дают два слоя сразу: что делали при болезни и почему считали, что делать надо именно так. Отсюда двойной статус документа — источник гипотез для этноботаников и текст, чьи рецепты повторять нельзя.
От чего применяют по традиции
- при лихорадках и ознобе (в кодексе — множество разных «жаров»)
- при ранах, нагноениях и ушибах
- при кишечных паразитах
- при ломоте в теле и после тяжёлых нагрузок
- при «дурном воздухе» (mal aire) и после испуга
- после родов и при женских недугах
- при расстройстве желудка и отравлениях
- при бессоннице и подавленном состоянии
Что это за документ и кто его составил
Саагун приехал в Новую Испанию в 1529 году, выучил науатль и собирал материал в Тепеапулько, затем в Тлателолько — при колледже Санта-Крус (1536), где учились грамотные науа. Старейшины отвечали по-науатль латиницей, Саагун добавлял испанский перевод и латинские глоссы. Ранняя версия сохранилась как «Первые памятники» (около 1558–1561), окончательный свод завершили к 1570-м.
Медицинское ядро — книги 10 («Люди») и 11 («Земные вещи»): болезни и качества врачей, затем травы, камни и животные со свойствами. Иллюстрации рисовали тлакуило, а латинские названия рядом с местными появились при подгонке под европейский травник.
Как объясняли, откуда берётся болезнь
Единой теории в кодексе нет. Недуг связывали с утратой тоналли (сила в голове, слабеющая от испуга, падения, ночного холода), с расстройством тейолия — сердца — и ийотль, дыхания и печени. Причиной могли быть гнев богов, нарушение поста и ээкатль, «ветер», входящий в тело: с этой идеей связывают знакомый современной Мексике диагноз mal aire. Строгую систему «горячее — холодное», которую часто приписывают ацтекам, кодекс отражает слабее, чем народная медицина XIX–XX веков.
Хороший тиситль и плохой: каким видели врача
Врача называли тиситль — то же слово применяли к повитухе. Книга 10 даёт портреты: хороший тиситль знает свойства трав и камней, ставит припарки, промывает, вправляет кости; плохой — шарлатан, губящий людей снадобьями. Диагноз нередко ставили без осмотра: жрецы гадали, какая сила наслала недуг, и лишь потом назначали лечение.
Что лечили и чем: лихорадки, раны, кишечные черви
Отдельного слова «лихорадка» в кодексе почти нет — есть множество описаний жара и озноба и отдельно коколистли, собирательное название повальных болезней. Эпидемии 1545 и 1576 годов унесли огромную часть населения, причём вторая пришлась на годы работы Саагуна.
Раны промывали и закрывали припарками из трав и сока агавы; применяли кровопускание обсидиановыми лезвиями, клизмы и потовые бани темаскаль. Против кишечных паразитов использовали эпасоте (Dysphania ambrosioides) — редкий случай, когда традиция и фармакология сходятся: у эфирного масла подтверждены антигельминтные свойства.
Чем это отличается от травника Бадиано
В 1552 году в том же колледже Санта-Крус появился ещё один медицинский памятник — «Libellus de medicinalibus indorum herbis», травник Мартина де ла Крус в латинском переводе Хуана Бадиано. Он практичнее: только растения, с рисунками и указанием болезней. Свод Саагуна шире по охвату, но как фармакопея рыхлее.
Как кодекс используют сегодня — и почему не как сборник рецептов
Главная трудность — идентификация растений: названия на науатле даны без описаний, достаточных для точного определения вида, и по ряду растений ботаники расходятся до сих пор. Поверх науатльского слоя лежит испанский — латинские глоссы и сама организация материала подгонялись под европейские травники и Диоскорида.
Поэтому статус кодекса — источник гипотез, а не инструкция. В работе 1990 года «Aztec Medicine, Health, and Nutrition» Бернардо Ортис де Монтельяно проверил, у каких описанных растений есть соединения, объясняющие традиционное применение: часть совпадений подтвердилась, часть — нет. Отдельная причина не повторять рецепты — психоактивные виды вроде ололиуков (Turbina corymbosa) и грибов теонанакатль.
Что смотреть в кодексе, а что оттуда не брать
Читать кодекс стоит как документ о том, как культура объясняла себе тело и болезнь, и как источник подсказок для лабораторных проверок. Руководства по самолечению в нём нет: у большинства рецептов не указаны ни дозы, ни точные виды сырья, а кровопускание и «очищение» вредны сами по себе.
Противопоказания и предостережения
- Не воспроизводить рецепты кодекса: часть растений до сих пор не идентифицирована, часть психоактивна или токсична в описанных количествах.
- Кровопускание обсидиановыми лезвиями и «очищение» желудка опасны при анемии, слабости, беременности, а также при приёме антикоагулянтов и антиагрегантов.
- Среди описанных там трав есть применявшиеся как абортивные — при беременности они прямо опасны.
- Ололиуки (Turbina corymbosa) и грибы теонанакатль содержат психоактивные вещества и запрещены законом; их «обезболивающее» применение в кодексе — не повод повторять.
- Диагностика по гаданию не заменяет обследования: симптомы, перечисленные в кодексе, у современного пациента означают совсем другие болезни.
- Для припарок и клизм в тексте нет доз и мер — попытка сделать «по описанию» даёт ожоги, отравления и травмы.
Частые вопросы
Правда ли, что Флорентийский кодекс написал один монах?
Саагун руководил работой, но материал давали носители языка — старейшины науа; текст двуязычный, часть иллюстраций рисовали тлакуило. Это продукт колониальной мастерской, а не личный труд одного человека.
Что такое «дурной воздух» в ацтекской медицине?
Ээкатль, «ветер», считался причиной ряда недугов, входя в тело. С этой идеей связывают современный народный диагноз mal aire. Универсальным объяснением это не было: болезнь приписывали и гневу богов, и потере тоналли.
Можно ли найти в кодексе новые лекарства?
Его используют как источник гипотез. Ортис де Монтельяно в 1990 году проверял, у каких растений есть соединения, объясняющие традиционное применение; часть совпадений подтвердилась, часть нет. Это лабораторная работа, а не лечение по книге.
Сколько в кодексе лекарственных растений?
Точной цифры нет: книга 11 — не каталог, а описание, и одно название на науатле может относиться к нескольким видам. Оценки исследователей расходятся.
Чем кодекс Бадиано отличается от Флорентийского?
Это другой документ того же колледжа Санта-Крус, 1552 года: чистый травник с рисунками, на науатле и в латинском переводе. Он компактнее и удобнее как фармакопея, но уже по охвату.
Источники и традиция
- Флорентийский кодекс (Códice Florentino), 12 книг, 1577, Biblioteca Medicea Laurenziana, Флоренция — Основной памятник: двуязычный текст на науатле и испанском с иллюстрациями; медицинские главы — книги 10 и 11. Ограничение — колониальная редактура и латинские глоссы.
- «Первые памятники» Саагуна (Primeros Memoriales, около 1558–1561) — Ранний, менее отредактированный слой: видно, что помощники Саагуна убрали и переписали в финальной версии.
- Bernard Ortiz de Montellano, «Aztec Medicine, Health, and Nutrition», Rutgers University Press, 1990 — Проверка, у скольких растений кодекса есть фармакологически активные соединения, объясняющие традиционное применение; часть совпадений подтвердилась, часть — нет.
- «Libellus de medicinalibus indorum herbis» (кодекс Бадиано), 1552, Мартин де ла Крус, перевод Хуана Бадиано — Параллельный травник того же колледжа Санта-Крус: только растения, с рисунками, на науатле и в латыни.
- Alfredo López Austin, «The Human Body and Ideology: Concepts of the Ancient Nahuas» — Основа для понимания тоналли, тейолия и ийотль — представлений о телесных силах, на которых строится диагностика в кодексе.
Материал носит ознакомительный характер и не заменяет консультацию врача.