Капустное дерево (африканский женьшень) в народной медицине
Род Cussonia из семейства аралиевых: почему его зовут африканским женьшенем, как в традиции готовят отвар корней и что говорят лабораторные данные.
Многообразие практик континента — от западноафриканских травников до знахарей юга Африки. Рассказываем о растениях, которые уже вошли в мировую фармакопею.
Род Cussonia из семейства аралиевых: почему его зовут африканским женьшенем, как в традиции готовят отвар корней и что говорят лабораторные данные.
Зачем в африканской традиции прижигают кожу раскалённым металлом, что при этом думают целители и почему врачи считают это самой травматичной практикой региона.
Геофагия в Африке: что именно ели, почему обычай связан с железодефицитом и почему врачи считают его опасным, особенно при беременности.
Как деревенский костоправ ставит перелом руками, шинами из бамбука и травами — и почему открытый перелом или посиневшая стопа требуют больницы, а не припарки.
Разбираем вудун без мистики и без снисходительности: как в Бенине и Того связывают болезнь с нарушением равновесия и что об этом говорят фармакологи.
Ночной обряд Ju/'hoansi: хлопки, пение и танец до транса, во время которого целители «кипятят» н/ом и направляют его на больного. Что известно науке и чего ждать не стоит.
Он не лечил, а переводил: как карфагенянин XI века превратил арабские медицинские своды в учебники Салерно — и что из приписанного ему он не писал.
Как в Тимбукту веками переписывали Ибн Сину, что добавляли на полях местные лекари — и почему по этим текстам не лечат.
Крупнейший медицинский папирус Древнего Египта: около 700 записей о болезнях, травах, мёде и заклинаниях — и почему его рецепты нельзя повторять.
Жареные зёрна в Эфиопии жевали в дорогу, растирали с маслом для рожениц, из листьев и шелухи варили отвары. Что из этого подтверждает фармакология, а что остаётся традицией.
Амаси — скисшее молоко зулу, коса и сото: способ сделать молоко усваиваемым и сохранить его в жару. Разбираем, как готовят, от чего давали и где риск.
Оранжевая вытопка из мякоти плодов масличной пальмы — база западноафриканской кухни и домашней аптеки. Разбираем состав, традиционные применения и ограничения.
Смола коммифоры веками лечила раны и зубы в Африке — и дошла до немецкой фармакопеи. Разбираем, что здесь традиция, а что действительно доказано.
Занзибар сделал гвоздику мировым экспортным товаром и домашним лекарством. Разбираем, где работает эвгенол, а где начинается опасная самодеятельность.
Листья от лихорадки, кора для полосканий, масло от чесотки: разбираем, где противомикробные свойства нима подтверждены, а где это только опыт поколений.
Пряность и лекарство в одном семени: как западноафриканская монодора работает при болях в животе и нарывах и где заканчивается безопасная доза.
Почему кислая мякоть тамаринда идёт и в рис, и в жаропонижающий напиток, чем кора отличается от листьев и где у этого средства проходят границы.
Ифа — 256 знаков-оду с корпусом стихов, где записаны не только ритуалы, но и травы, диета и запреты. Разбираем, как это работает и чем ограничено.
Как устроены обучение и приём мганга в Танзании и Кении, чем он отличается от сангомы и табиба и когда вместо отвара нужна срочная врачебная помощь.
Что именно жгут под названием имфефо, почему дым здесь важнее настоя, что показали лабораторные анализы эфирного масла и где проходит граница безопасности.
Смолу босвеллии с Африканского Рога жгут в храмах и жуют как жвачку при боли в суставах. Разбираем, что делают босвелиевые кислоты и где реклама обгоняет данные.
Разбираем состав настоящего чёрного мыла, его щёлочной pH и традиционное применение при сыпи и угрях — и причины, по которым оно не подходит сухой коже.
Как из одного семени получаются и смертельный рицин, и безобидное масло — и что африканская традиция действительно умела с ним делать.
Суккулент, который жевали, чтобы идти без еды и воды, превратился в капсулу для похудения — и по дороге потерял почти всё, что в нём работало.
Листья, семена и корень моринги в африканской традиции — три разных средства с разной химией и разным риском. Разбираем, что подтвердили исследования.
Кусочек корневища за щекой при простуде, отвар от кашля, защитные сборы — и ни одного клинического исследования. Разбираем африканский имбирь по существу.
Кигелия, или колбасное дерево: разбираем, что из её плодов, коры и листьев действительно работает, как их готовят в традиции и где проходит граница безопасности.
Сцелетиум тортуозум кой-саны ферментировали и жевали от голода, жажды и тревоги. Разбираем мезембриновые алкалоиды, дозы и риск серотонинового синдрома.
Овощ и лекарство в одном пучке: как Vernonia amygdalina попала в домашние отвары Западной Африки и что об этом говорят лаборатория и клиника.
Дерево Vitellaria paradoxa даёт плотное масло, которым в саванне массируют младенцев и растирают суставы. Разбираем состав, традицию и границы научных данных.